Артур Конан Дойл. Приключения Михея Кларка - Артур Конан Дойл. Приключения Михея Кларка
Приятного чтения!
77 >
- Ну, наука уже давно доказала вздорность алхимии, превращения металлов
и прочее, - сказал высокий офицер, - даже старый сэр Томас Браун из Норвича,
столь усердно защищавший старые понятия, ничего не может сказать против
доводов науки. Все эти алхимики, начиная от Трисметиста и кончая Альбертом
Великим, Аквинатом, Луллием, Базилем Валентином, Парацельсом и Ко, ничего не
дали, кроме слов.
- Да и тот плут в Нюренберге только болтал, - подтвердил Саксон, -
кроме него я еще знал одного человека. Это был некий Ван-Гельштадт, человек
очень ученый. За небольшое вознаграждение, за некоторый гонорарий, так
сказать, он составлял гороскопы. Такого мудрого человека я и не видывал. О
планетах и созвездиях он говорил вполне свободно, точно эти планеты и
созвездия были его домашней утварью. К кометам он также не имел никакого
почтения и толковал о них так, словно это были гнилые апельсины, а не
кометы. Нам ВанТельштадт объяснил природу кометы. Это, видите ли, самая
обыкновенная звезда, но только у нее в середине пробита дыра и оттуда
вываливаются внутренности, которые и образуют хвост. О, этот Ван-Гельштадт
был настоящий философ.
- Ну, а пробовали вы его мудрость на деле? - спросил улыбаясь один из
философов.
- По правде говоря, нет, - ответил Саксон, - я всегда старался
держаться подальше от всякой черной магии и прочей чертовщины. Вот другое
дело мой товарищ Пирс Скоттон. Этот Пирс, надо вам сказать, служил в
императорской кавалерийской бригаде. Вот он-то и уплатил Гельштадту розовый
нобиль, а тот ему пообещался составить гороскоп, в которой бы рассказывалась
вся будущая жизнь Скот-тона. Насколько мне помнится, по звездам выходило,
что Скоттон чересчур привержен к вину и женщинам, и затем в гороскопе
говорилось, что у него дурной глаз и нос, подобный карбункулу. Звезды
говорили также, что Скоттон дослужится до маршальского жезла и умрет в
глубокой старости. Оно, может быть, так бы и вышло, но только месяц спустя с
ним вышла неприятная история. Когда его полк проходил через Обер-Граушток,
он упал с лошади и был насмерть раздавлен своей же конной ротой. Лошадь
оказалась разбитой на ноги и споткнулась, а порчу лошади никто не заметил -
не только планеты, но даже полковой коновал, а парень он был - я про
коновала говорю - опытный.
Офицеры, выслушав это рассказ, весело рассмеялись и поднялись со своих