Артур Конан Дойл. Приключения Михея Кларка - Артур Конан Дойл. Приключения Михея Кларка
Приятного чтения!
43 >
приступ перемежающейся лихорадки.
- А, это вы, мой юный друг! - наконец произнес Саксон. - Что же это у
вас обычай, должно быть, такой брать штурмом комнаты гостей в столь ранний
час утра?
- А у вас, должно быть, тоже обычай, - сурово ответил я, - загораживать
двери спальни в то время, когда вы находитесь в доме честного человека? Чего
вы боялись, хотел бы я знать? Зачем вам понадобились такие предосторожности?
- Экая горячка! - пробурчал Саксон, снова опускаясь на подушку и
закрываясь одеялом. - Немцы назвали бы вас ofeuerkopf", или, еще лучше,
"follkopf", что в буквальном переводе означает "глупая голова". Я слышал,
что ваш отец был в молодых годах сильный и горячий человек. Полагаю, что и
вы от своего родителя не отстанете. Знайте же, юноша, что лицо, имеющее при
себе важные документы, documenta, preciosa sed perictlosa, должно принимать
все меры предосторожности. Нельзя подчиняться случаю. Вы правильно сказали,
что я нахожусь в доме честного человека, но разве я могу предвидеть будущее?
А вдруг на ваш дом будет учинено ночью нападение? Да, в таких делах, молодой
человек... Впрочем, что тут толковать! Я сказал достаточно, а теперь я буду
вставать и через несколько минут сойду вниз.
- Ваша одежда высохла, и я ее вам сейчас подам, - сказал я.
- Не хлопочите, пожалуйста, молодой человек, - ответил он. - Я не имею
ничего против той пары платья, которую мне одолжил ваш батюшка. Конечно, я
имел в своей жизни и лучшие костюмы, но теперь мне пригодится и одежда
вашего батюшки. В дороге не наряжаются, а я теперь не при королевском дворе
нахожусь.
Для меня было совершенно очевидно, что платье моего отца во всех
отношениях было лучше, чем то, в котором к нам явился наш гость. Но
разговаривать с Саксоном не приходилось. Он зарылся головой в одеяло и не
обнаруживал никакого желания продолжать со мной разговор. Мне не оставалось
ничего более как сойти вниз.
Отец хлопотал, приделывая новую пряжку к портупее, а мать и служанка
приготовляли завтрак.
- Выйдем-ка со мной на двор, Михей, - сказал мне отец, - мне нужно
сказать тебе слово.
Работа еще не начиналась, и двор был пуст. Утро было прекрасное,
солнечное. Мы уселись на низкий каменный помост, на котором готовится кожа
для дубления.
- Сегодня утром я пробовал руку, упражнялся саблей, - начал мой отец. -
Удары я наношу по-прежнему хорошо, но защита уже не та. Руки перестали быть