Артур Конан Дойль. Белый отряд - О ТОМ, ЧТО В МИНСТЕДСКОМ ЛЕСУ
Приятного чтения!
94 >
умаялся, ибо тихонько принялся за еду, а его оппонент, точно
петух-победитель, сидящий на навозной куче, прокукарекал в последний раз,
выпустив целый залп цитат и выводов. Однако его взгляд вдруг упал на пищу,
и он издал вопль негодования.
- Ты вор вдвойне! - заорал он. - Ты слопал мои селедки, а у меня с
самого утра во рту маковой росинки не было.
- Вот это и оказалось моим последним доводом, - пояснил сочувственно
его товарищ, - моим завершающим усилием, или peroratio*, как выражаются
ораторы. Ибо если все мысли суть вещи, то тебе достаточно подумать о паре
селедок, а потом вызвать таким же заклинанием кувшин молока, чтобы их
запить.
______________
* Заключение (лат.).
- Честное рассуждение, - воскликнул другой, - и я знаю на него только
один ответ. - Тут он наклонился и громко шлепнул толстяка по розовой щеке.
- Нет, не обижайся, - сказал он, - если вещи - это лишь мысли, то и
пощечина - только мысль и в счет не идет.
Однако последний довод отнюдь не показался убедительным ученику
Оккама, он поднял с земли большую палку и стукнул реалиста по макушке. К
счастью, палка оказалась столь гнилой и трухлявой, что разлетелась в щепки;
однако Аллейн предпочел оставить товарищей вдвоем - пусть решают свои споры
как хотят, да и солнце снова засияло. Идя по размытой дождем дороге, он
оглянулся и увидел, что студенты снова размахивают руками и кричат друг на
друга, но вскоре их речи перешли в неясное бормотание, а затем дорога
повернула, и спорившие исчезли из глаз.
Когда он миновал Холмслей-Уок и Вутон-Хит, чаща начала редеть, между
полосами леса показались пшеничные поля и широкие пастбища. То там, то
здесь возле дороги он видел маленькие группы хижин, в дверях стояли
работники без шапок, по земле ползали краснощекие дети. А среди рощ
выступали двускатные соломенные крыши - там были дома землевладельцев, на
чьих полях эти люди батрачили, но чаще местоположение этих домов выдавали
столбы черного, густого дыма, свидетельствовавшие о примитивном
благосостоянии хозяев.
Аллейн достиг границы лесного края, и, следовательно, теперь и до
Крайстчерча было уже недалеко. Солнце низко стояло над горизонтом, и его
лучи полого лежали на широко раскинувшихся, ярко зеленеющих полях; они
озаряли и белорунных овец и коров, которые бродили по колено в сочном