Артур Конан Дойль. Белый отряд -
Приятного чтения!
37 >
конце концов, хлопнув дверью, уйдет с проклятием вместо благословения. Вот
тот юноша - школяр из Кембриджа, там людей стараются поскорее выпроводить с
кое-какими знаниями, они разучились работать руками, изучая законы римлян.
Однако мне пора идти стелить постели. Да охраняют вас святые угодники и да
будут успешны ваши начинания.
Предоставленный самому себе, Аллейн подтащил свои козлы к тому месту,
которое было ярко освещено одним из факелов, и продолжал работать с
присущим опытному мастеру удовольствием, в то же время прислушиваясь к
разговорам у очага. Крестьянин в овчине, просидевший весь вечер в угрюмом
безмолвии, выпив флягу эля, так разгорячился, что заговорил очень громко и
сердито, сверкая глазами и сжимая кулаки.
- Пусть сэр Хамфри из Ашби сам пашет свои поля вместо меня, - кричал
он. - Довольно замку накрывать своею тенью мой дом! Триста лет мой род изо
дня в день гнул спину и обливался потом, чтобы всегда было вино на столе у
хозяина и он всегда был сыт и одет. Пусть сам теперь убирает со стола свои
тарелки и копает землю, коли нужно.
- Правильно, сын мой, - отозвался один из вольных работников. - Вот
кабы все люди так рассуждали!
- Он с удовольствием продал бы вместе со своими полями и меня! -
крикнул крепостной голосом, охрипшим от волнения. - "Мужа, жену и весь их
приплод", как сказал дуралей бейлиф. Никогда вола с фермы не продавали так
легко. Ха! Вот проснется он однажды темной ночкой, а пламя ему уши щекочет,
ведь огонь - верный друг бедняка, и я видел дымящуюся груду пепла там, где
накануне стоял такой же замок, как и Ашби.
- Вот это храбрый малый! - воскликнул другой работник. - Не боится
высказать вслух то, что люди думают. Разве не все мы произошли от чресл
Адамовых, разве у нас не та же плоть и кровь и не тот же рот, которому
необходима пища и питье? Так при чем же тут разница между горностаевым
плащом и кожаной курткой, если то, что они прикрывают, одинаковое?
- Ну да, Дженкин, - отозвался третий, - разве неодин у нас враг - хоть
под плащом и рясой, хоть под шлемом и панцирем? Нам одинаково приходится
бояться и тонзуры и кольчуги. Ударь дворянина - и закричит поп, ударь попа
- и дворянин схватится за меч. Это ворюги-близнецы, они живут нашим трудом.
- Прожить твоим трудом не так-то просто, Хью, - заметил один из
лесников, - ты же полдня попиваешь мед в "Пестром кобчике".
- Все лучше, чем красть оленей, хотя кое-кто и поставлен их сторожить.