Артур Конан Дойль. Белый отряд - КАК ЖЕЛТЫЙ КОРАБЛЬ
Приятного чтения!
162 >
ПРОШЕЛ ЧЕРЕЗ РИФ ЖИРОНДЫ
В течение двух дней желтое судно, подгоняемое северо-восточным ветром,
быстро бежало вперед, и на рассвете третьего дня туманные очертания гор
Уэссана появились на сияющем горизонте. В середине дня внезапно полил
дождь, бриз упал, но к ночи воздух снова посвежел, и Гудвин Хаутейн изменил
направление судна и повернул на юг. Утром они прошли Бель-Иль и попали в
гущу грузовых судов, возвращавшихся из Гиени. Сэр Найджел Лоринг и сэр
Оливер Баттестхорн тут же вывесили на борту свои гербы и развернули
знамена, как было в обычае, ожидая с живейшим интересом ответных знаков,
которые сообщили бы имена рыцарей, вынужденных из-за болезни или ран
покинуть Принца при столь критических обстоятельствах.
В тот же вечер на западе залегла большая серовато-коричневая туча, и
Гудвина Хаутейна охватила глубокая тревога, ибо треть его команды была
перебита, половина оставшихся в живых находилась на галеасах, а на
поврежденном корабле трудно было выдержать такой шторм, какие налетают
порой в этих краях. Всю ночь ветер дул резко и порывисто, накреняя судно
так сильно, что в конце концов вода с подветренной стороны потекла
ручейками через фальшборты. Так как ветер все свежел, то утром рей спустили
до половины мачты. Аллейн все еще чувствовал себя совсем больным и слабым,
голова у него еще ныла от полученного удара, но он выполз на палубу. Хотя
ее заливали волны и она то и дело кренилась, здесь было все же лучше, чем в
похожем на темницу трюме, где стоял непрерывный шум и бегали крысы. А на
палубе, вцепившись в крепкие фалы, он изумленно смотрел на длинные ряды
черных волн, с вздымающейся над каждой грядою пены: они без конца катились
и катились с неистощимого запада. Огромная хмурая туча в мертвенно-белых
пятнах затянула над морем весь западный горизонт, а впереди как бы
извивались два длинных рваных флага.
Далеко позади с трудом ползли два галеаса, то опускаясь между валами
так глубоко, что их реи оказывались на одном уровне с гребнем, то взлетая
вновь судорожными рывками, так что каждый канат и каждая перекладина
отчетливо выделялись на фоне туч. Слева низменность уходила в густой туман,
местами в нем проступали более темные контуры холмов на мысах. Франция!
Глаза Аллейна заблестели, когда он увидел эти берега. Франция! Самое слово
это звучало для английского юноши, как зов сигнальной трубы. Страна, где